Два олигарха судились за восемь миллиардов. Судья вынес вердикт взыскать эти деньги из бюджета.

День за днем бегут года —
Зори новых поколений.
Но никто и никогда
Не забудет имя: Ленин.

Этот тяжелый имперский хор иногда приходит во сне. Точь-в-точь, как монархисту Хворобьеву. И чем дальше уходит Союз, тем больше вопросов. Как такая страна вообще могла существовать? И как случилось, что она существовать перестала?

Вся моя школа прошла при Брежневе. Каждый старшеклассник полдюжины анекдотов про него. А как ржали над нашим бровеносцем разные «голоса»! Но вот сейчас вернулся из Флориды, где провел зиму. Над их теперешним верховным маразматиком хихикают только иммигранты. И то — осторожненько.

А как при Союзе презирали авоськи и возносили красивенные пакеты! Их аккуратно стирали, и брали только в гости. А теперь их запретили! И для походов в магазины Торонто я купил с Амазона ту самую авоську. Чтобы не таскать сумку с сумками. Правда, называется она «net string shopper bag».

Я это к тому, что жизнь непредсказуема. И то, что глупо сейчас, может вскоре стать противоположным… Впрочем, пора переходить к истории.

Наш переезд в Канаду начался со страшного и подлого удара под дых. Все обещания в московском посольстве о легком трудоустройстве по специальности оказались голимой пропагандой. То есть никто не встречал меня — микроэлектронщика с десятилетним стажем в аэропорту, чтобы моментально привезти в уютное бангало, а потом на рабочее место за сто тыщ в год. Напротив, потребовали отучиться пару лет в универе, и уж потом начинать с курьера. А деньги как-то сразу подошли к концу. И я пошел на завод.

После мухлевок с резюме получилось устроиться в ночную смену слесарем. И это мне, который видел фабрику только в кино. Буквально сразу задали сделать наклонный поддон, чтоб чего-то пересыпать. Поручили, и разошлись по домам, оставив одного. Из материалов нашел только листы из нержавейки. Вымерял, нарубил на гильотине, сварил кое-как (учился самотыком в стройотряде), но после зачистки швов вроде стало прилично. Оставалось еще часа три. Про отдых не могло быть и речи: мне сразу показали камеры слежения и напомнили про испытательный срок.

От нечего делать нарыл в инструментах насадку на дрель, и, меняя в ней мягкие шлифовальные круги, нанес на свое изделие «чешую». Успел как раз к приходу супера, пакистанца. Тот вначале остолбенел, увидев переливающийся образчик зэковского дизайна. Потом молча придвинулся и уткнулся носом. У меня все упало. И появилось ощущение, что первый день станет последним. Но супер вместо пинка внезапно потряс руку, пустил слезу, и объявил, что такого качества работы он никогда не видел…

Та первая работа вернула нас к жизни. Мы смогли позволить себе снять большую квартиру. Жена пошла в колледж, а дети — в школы. Потом я выправил лицензии, и ушел на лучшую зарплату. В конце концов, устроился по специальности. Жизнь потекла приятно и предсказуемо.

И все это — благодаря трудовику в моей школе, которого школяры считали полоумным. Который требовал нарукавники, орал, грозил киянкой, и брызгал слюной на уроках, а после них — тихо подбухивал в своих мастерских. Среди верстаков, стружек и заготовок.

Со стандартным Ильичом на одной стене, и баннером с дежурной мудростью — напротив.
Колоритный дядька без пальца, имя-отчество которого забылось.
Который вбивал в нас, семиклассников,знания, как отремонтировать кран, сбить табурет, и отполировать сталь….

И вот это я запомнил.

Xxx: Ехала как-то в метро с одной знакомой. В какой-то момент она пристально уставилась на полную девушку, сидевшую напротив. «Смотри, говорит, с кем теперь встречается мой мудак-бывший. Только такую жируху и может себе позволить». А прикол был в том, что та самая «жируха» была точно таких же объемов, как и моя знакомая. И на лицо во много раз симпатичней. Но доносить до нее эту неудобную правду я не стала.

Грош цена стране, которая боится правды, а если она поклёп возводит в ранг государственной политики, то она и гроша ломанного не стоит.

К подъезду подбросили троих котят. Стала кормить, себе взять не могла, потому что после пятого подобрыша поняла, что после трёх дней дома отдать уже не сможешь, а шестого хвостатого я бы не потянула.
Одного котёнка взяла соседка, второго тоже пристроили через интернет. Одного никак не могли, уже и объявления расклеили, всё никак. А потом и холода наступили, маленький комочек мёрз в подъезде.
В общем, в одну прекрасную субботу я решила действовать. Животное в переноску, и тупо обходила все соседние дома и в каждую квартиру звонила. Кто открывал, тому предлагала котёнка. Весь день убила, нет результатов.
Уставшая, задолбанная (котёнок шустрый, не сидел на месте), темно уж было, решила последний подъезд обойти. Звоню в одну из дверей, говорю, что вот, мол, берите котёнка. И открывшая дверь женщина, вижу, чуть ли не в шоке. Говорит, 10 минут назад её муж с дочкой уговорили кота завести, на следующий день хотели ехать и покупать, а тут я. Как сама судьба в двери постучала. И котёнок так оживился, с рук спрыгнул, в квартиру пошёл. Девочка лет 8-ми его схватила и не выпускала. Ну, судьба котёнка тут и решилась. Я не особо плаксивая, а тут в момент разрыдалась, а они меня, постороннего человека, давай чаем поить.
Хорошая семья, до сих пор иногда фото присылают уже подросшего холёного кота. Самый лучший день был за весь прошедший год, до сих пор вспоминаю с улыбкой.

Полярный день в Швеции доставляет тамошним мусульманам во время Рамадана много проблем, так как они могут есть только после заката солнца.